Очередным испытанием стал кризис вокруг Ирана — потенциальная угроза для одного из ключевых индикаторов, на которые Трамп традиционно обращает внимание, — цен на бензин.
С начала нового президентского срока Трамп последовательно продвигает жесткую экономическую линию. Он расширил систему глобальных тарифов, увеличив издержки для бизнеса. Резко ужесточил иммиграционную политику. Оказывал давление на Федеральную резервную систему с требованием снижать ставки, несмотря на то что инфляция окончательно не побеждена.
Военное обострение на Ближнем Востоке добавило новый слой неопределенности. Конфликт с участием Ирана привел к скачку цен на нефть — пусть и не до экстремальных уровней. Инвесторы опасаются дальнейшего роста стоимости энергоресурсов и увеличения федерального долга США на фоне возможного затяжного противостояния.
Тем не менее, вопреки ожиданиям критиков, экономика пока демонстрирует устойчивость. Рост ВВП сохраняется, рынок труда остается относительно стабильным, фондовые индексы не обрушились, а инфляция, хотя и остается чувствительной темой, не выходит из-под контроля.
Частично эту стойкость объясняют масштабные инвестиции в технологии искусственного интеллекта. Однако фундаментальная причина глубже: американская экономика по-прежнему опирается на мощный внутренний потребительский спрос, который трудно быстро подорвать.
Бывший экономический советник администрации Джо Байден Джаред Бернштейн отмечает, что эффект «бума ИИ» не стоит переоценивать. По его словам, важнее устойчивый рынок труда и рост реальных доходов населения — именно они поддерживают потребление и общий экономический рост.
В Белом доме, в свою очередь, подчеркивают, что стратегия администрации вовсе не является безрассудной. Представители команды Трампа указывают на планы налогового стимулирования и дерегулирование как на факторы, поддерживающие деловую активность и рост фондового рынка.
Интересно, что некоторые экономические потрясения фактически взаимно компенсируют друг друга. Например, решение Верховного суда частично ограничить тарифную политику снизило общий уровень торгового давления. Это может смягчить инфляционные риски, возникающие из-за подорожания нефти.
Тем не менее неопределенность остается высокой. По оценке аналитиков Evercore ISI, в случае эскалации Иран может усилить давление на энергетическую инфраструктуру стран Персидского залива. В таком сценарии цены на нефть и газ закрепятся на более высоких уровнях. Пока же даже нефть выше 80 долларов за баррель не выглядит критической угрозой для темпов роста США.
Однако говорить о полной безоблачности рано. Малый бизнес уже ощущает последствия высоких импортных пошлин. Просроченная задолженность домохозяйств увеличивается. Производственный сектор не демонстрирует уверенного восстановления, а политическая нестабильность способна сдерживать инвестиции.
Кроме того, устойчивость экономики не гарантирована в долгосрочной перспективе. Если инвестиционный энтузиазм вокруг искусственного интеллекта не оправдает ожиданий, рынки могут резко скорректироваться. С другой стороны, даже успешное развитие ИИ способно привести к росту безработицы из-за автоматизации.
Отдельный риск — возможный скачок нефти выше 100 долларов за баррель в случае масштабного разрушения инфраструктуры на Ближнем Востоке. Такой сценарий почти неизбежно ускорит инфляцию.
Пока же макроэкономические показатели не подают тревожных сигналов. И если экономика продолжит выдерживать столь агрессивную политику, это может стать сигналом для будущих администраций: пространство для маневра шире, чем считалось ранее.
Однако существует фактор, который нельзя игнорировать, — общественное мнение. Согласно последним опросам Reuters/Ipsos, уровень одобрения экономической политики Трампа остается низким. Даже если макроэкономическая картина выглядит стабильной, политическая цена может оказаться высокой.
Если нынешнее равновесие нарушится — по внутренним или внешним причинам — последствия могут оказаться гораздо серьезнее как для президента, так и для его партии.
Прислано в редакцию, источник неизвестен
